Как снимают программу жить здорово


Как я здорово жил у Малышевой: за кулисами передачи

Почти два года назад известный журналист Сергей Благодаров рассказал в «Собеседнике» о своей реабилитации после инсульта. Теперь его накрыла и телевизионная слава: автора пригласили сняться на «Первый канал». И вот как занимательно прошли съемки…

Цитадель

Позвонили с телевидения, с «Первого канала»:

— Беспокоит программа «Жить здорово». Хотите поучаствовать? Рассказать, как пережили инсульт. Мы читали вашу книжку об этом.

Чего, думаю, не поучаствовать. Или отказаться? Редактор Яна почувствовала сомнение.

— За вами такси бесплатное приедет, отвезут-привезут.

Вот это, думаю, аргумент — бесплатное такси!

Машина доставила прямо к нужному порогу.

— После съемок приедешь?

— Если жив будешь, — не разочаровывает шофер. — Я многих сюда возил. Двое умерли.

Проход в «Останкино» — как на сверхсекретный объект: КПП на входе, КПП в самом здании. Рамки на взрывчатку, металлоискатели. Кордоны охраны… Это понятно. Останкинская телебашня — шприц, навевающий живые наркотические сны.

Создает вторую реальность, помогающую выжить в первой. Мышь не должна проскочить на эту фабрику грез, изготавливающую массовые опиаты.

Маскарад

Перво-наперво нас всех переодели. Хотя никто не был одет как попало. Каждый пришел на съемку из дому нарядный.

По огромной костюмерной, завешанной тысячами ярких платьев, пиджаков, рубах, бегали полуголые гости, ошалело примеряя новые телевизионные наряды. Вскоре люди превратились в стаю разноцветных попугаев. Мои 170 см роста и 80 кг веса были упакованы в рубашку ядовито-желтого цвета, синтетические брюки, рассыпающие электрические искры, и лаковые ботинки, отражающие потолок.

Брюки оказались длинны, их на мне закалывали костюмеры.

— Оголенной вы выглядите лучше, — соврал я молодой даме, стоящей рядом в трусах.

Есть женщины полные, а есть сдутые. Эта была из сдутых. И с отвращением глядела на мое голое отвисшее брюхо, пока мне гладили ядовитую рубаху. Затем в гримерке мне наложили столько грима, что его бы хватило зашпаклевать яхту Абрамовича.

Съемка затягивалась. Мы стали шататься по студиям. Соседняя студия НТВ — огромная, пустая, темная.

— Здесь снимаются непотребные политические шоу? Изготавливаются публичные доносы? — обратился я к охраннику.

— Здесь, здесь, — ответил он. И после паузы, откашлявшись, дружелюбно добавил: — Проваливай, сегодня не съемочный день.

Храп — фальшивый, слезы — настоящие

В коридоре продюсер Ирина Канделарис инструктирует мужика:

— Притворитесь, что спите. Только не храпите.

Пухлый мужик, весь подернутый складчатым жирком, кивает головой. Его лицо похоже на кусок непрожаренной говядины. Оказалось — тоже инсультник. К тому же с остановками дыхания во сне.

Позже в студии он очень убедительно изображал глубокий сон. «Спал», ровно каменщик. А Малышева, весьма натурально перейдя на шепот, рассказывала об «остановках дыхания во сне». Когда он «проснулся», сказал: «У меня во сне еще был инсульт». И расплакался. Уже по-настоящему.

Я точно знал: слезы не фальшивые. После инсульта что-то нарушается в мозгу и человек начинает легко плакать или смеяться. Сам такой.

— После передачи останьтесь в студии, к вам подойдут лучшие специалисты. Обязательно помогут. Не плачьте, не плачьте, пожалуйста. — Малышева приблизилась к трибунам и стала гладить по голове седого плачущего мужчину.

Языком молоть — не уголек колоть. Крутанули мужика: никто к нему не подошел. Но картинка получилась красивая.

Звездный час

В телевизоре Малышева кажется меченной какой-то странностью — эти ее платья с листочками, растянутая манера говорить, змеиная полуулыбочка.

В реальности — умная и жесткая женщина, умеющая обволакивать лаской. Продуманная манера непринужденно дотрагиваться до гостя, брать его за руку, обнимать, уничтожая дистанцию. Стремление возвысить человека. Тон сердечный и ласковый. К ней охотно идут все — и светила медицины, и простые люди.

— Сегодня у нас гость. Необыкновенный. Журналист знаменитой «Комсомольской правды» Сергей Благодаров. Он написал книжку «Записки инсультника». Пришел на своих ногах, вытащив себя из болезни… Сереж, идите сюда, — приглашает Малышева в центр студии.

Я вышел, руки дрожат, будто кур воровал. Делаю какие-то роющие движения ногой, глаза растерянные… Но Елена Васильевна, умница и профессионал, наводящими вопросами спасла ситуацию. Мурлыкающая интонация успокаивала. Как говорится, «мне голос был, он звал утешно».

— Сереж, прошу — подойдите к этому мужчине после программы. — Малышева показала на плачущего, обняв меня за плечи.

Гонорары

Я подошел к мужику. Чем мог утешить инсультник инсультника? Сказать, что жизнь вообще вредит здоровью? Признался, что сам плачу по пустякам. Даже ношу с собой булавку — незаметно колю палец, когда хочу заплакать в общественном месте, например при виде плачущего ребенка. Боль отвлекает, и я не выгляжу на людях смешным.

…Плачущий стоял в коридоре в ожидании гонорара. Получил, стало быть, и я за съемку — тысячу рублей! Честно сказать, и этого не хотел брать. Думал, снимаюсь бесплатно.

— Расписывайся, расписывайся. А то обидимся…

Конечно, учитывая доходы телевидения и зарплату, например, ведущих, тысяча может показаться оскорбительной. Но массовка, весь день сидящая в жаркой студии и кричащая, как мартышки, по команде разную ерунду, вообще получает 600 рублей. Честное слово, непонятно, почему при таких колоссальных доходах телевидения — и такое жлобство?

Атмосфера получения даже этих грошей на ТВ — нечистая, унизительная. Ведут тайком; получаешь не в кассе, а как бы нелегально; про это будто бы никто не знает.

Яички

И вот настал день, когда обещали показать по ТВ. У телевизоров по всей России расселись родственники и знакомые.

Не показали.

— В чем дело? — звоню на программу «Жить здорово».

— Перенесли передачу, — говорит продюсер Ирина Канделарис. — Когда будет, не знаю.

— Позвоните, когда станет известно?

— Не знаю… Все заняты, ищем мужика с одним яичком. Нет знакомых? У тебя сколько?

— Три. Но за тысячу показывать не буду.

…С телевидения, конечно, не перезвонили. Узнал случайно.

— Видела тебя в телевизоре. Почему не рассказал скороговорку «Еду я по выбоинам, с выбоины на выбоину, с выбоин не выеду я никак»? — смеясь, спросила логопед, с которой я когда-то занимался.

Медленно произнести эту скороговорку — не шутка. А попробуйте быстро — будете хохотать, как подорванные.

Были затем и звонки, и СМС, и обсуждения в фейсбуке. А что касается меня, программа «Жить здорово» лишь подтвердила гениальную банальность: жить действительно здорово!

kino.rambler.ru

Как я здорово жил у Малышевой: за кулисами передачи Первого канала

Почти два года назад известный журналист Сергей Благодаров рассказал в «Собеседнике» о своей реабилитации после инсульта. Теперь его накрыла и телевизионная слава: автора пригласили сняться на «Первый канал». И вот как занимательно прошли съемки...

Цитадель

Позвонили с телевидения, с «Первого канала»:

– Беспокоит программа «Жить здорово». Хотите поучаствовать? Рассказать, как пережили инсульт. Мы читали вашу книжку об этом. 

Чего, думаю, не поучаствовать. Или отказаться? Редактор Яна почувствовала сомнение.

– За вами такси бесплатное приедет, отвезут-привезут. 

Вот это, думаю, аргумент – бесплатное такси!

Машина доставила прямо к нужному порогу.

– После съемок приедешь?

– Если жив будешь, – не разочаровывает шофер. – Я многих сюда возил. Двое умерли.

Проход в «Останкино» – как на сверхсекретный объект:  КПП на входе, КПП в самом здании. Рамки на взрывчатку, металлоискатели. Кордоны охраны… Это понятно. Останкинская телебашня – шприц, навевающий живые наркотические сны. Создает вторую реальность, помогающую выжить в первой. Мышь не должна проскочить на эту фабрику грез, изготавливающую массовые опиаты.

Маскарад

Перво-наперво нас всех переодели. Хотя никто не был одет как попало. Каждый пришел на съемку из дому нарядный.

По огромной костюмерной, завешанной тысячами ярких платьев, пиджаков, рубах, бегали полуголые гости, ошалело примеряя новые телевизионные наряды. Вскоре люди превратились в стаю разноцветных попугаев. Мои 170 см роста и 80 кг веса были упакованы в рубашку ядовито-желтого цвета, синтетические брюки, рассыпающие электрические искры, и лаковые ботинки, отражающие потолок. 

Брюки оказались длинны, их на мне закалывали костюмеры.

– Оголенной вы выглядите лучше, – соврал я молодой даме, стоящей рядом в трусах.

Есть женщины полные, а есть сдутые. Эта была из сдутых. И с отвращением глядела на мое голое отвисшее брюхо, пока мне гладили ядовитую рубаху. Затем в гримерке мне наложили столько грима, что его бы хватило зашпаклевать яхту Абрамовича. 

Съемка затягивалась. Мы стали шататься по студиям. Соседняя студия НТВ – огромная, пустая, темная. 

– Здесь снимаются непотребные политические шоу? Изготавливаются публичные доносы? – обратился я к охраннику.

– Здесь, здесь, – ответил он. И после паузы, откашлявшись, дружелюбно добавил: – Проваливай, сегодня не съемочный день.

Храп – фальшивый, слезы – настоящие

В коридоре продюсер Ирина Канделарис инструктирует мужика:

– Притворитесь, что спите. Только не храпите. 

Пухлый мужик, весь подернутый складчатым жирком, кивает головой. Его лицо похоже на кусок непрожаренной говядины. Оказалось – тоже инсультник. К тому же с остановками дыхания во сне.

Позже в студии он очень убедительно изображал глубокий сон. «Спал», ровно каменщик. А Малышева, весьма натурально перейдя на шепот, рассказывала об «остановках дыхания во сне». Когда он «проснулся», сказал: «У меня во сне еще был инсульт». И расплакался. Уже по-настоящему.

Я точно знал: слезы не фальшивые. После инсульта что-то нарушается в мозгу и человек начинает легко плакать или смеяться. Сам такой.

– После передачи останьтесь в студии, к вам подойдут лучшие специалисты. Обязательно помогут. Не плачьте, не плачьте, пожалуйста. – Малышева приблизилась к трибунам и стала гладить по голове седого плачущего мужчину. 

Языком молоть – не уголек колоть. Крутанули мужика: никто к нему не подошел. Но картинка получилась красивая.

Звездный час

В телевизоре Малышева кажется меченной какой-то странностью – эти ее платья с листочками, растянутая манера говорить, змеиная полуулыбочка. 

В реальности – умная и жесткая женщина, умеющая обволакивать лаской. Продуманная манера непринужденно дотрагиваться до гостя, брать его за руку, обнимать, уничтожая дистанцию. Стремление возвысить человека. Тон сердечный и ласковый. К ней охотно идут все – и светила медицины, и простые люди.

– Сегодня у нас гость. Необыкновенный. Журналист знаменитой «Комсомольской правды» Сергей Благодаров. Он написал книжку «Записки инсультника». Пришел на своих ногах, вытащив себя из болезни… Сереж, идите сюда, – приглашает Малышева в центр студии.

Я вышел, руки дрожат, будто кур воровал. Делаю какие-то роющие движения ногой, глаза растерянные… Но Елена Васильевна, умница и профессионал, наводящими вопросами спасла ситуацию. Мурлыкающая интонация успокаивала. Как говорится, «мне голос был, он звал утешно». 

– Сереж, прошу – подойдите к этому мужчине после программы. – Малышева показала на плачущего, обняв меня за плечи.

Гонорары

Я подошел к мужику. Чем мог утешить инсультник инсультника? Сказать, что жизнь вообще вредит здоровью? Признался, что сам плачу по пустякам. Даже ношу с собой булавку – незаметно колю палец, когда хочу заплакать в общественном месте, например при виде плачущего ребенка. Боль отвлекает, и я не выгляжу на людях смешным.

…Плачущий стоял в коридоре в ожидании гонорара. Получил, стало быть, и я за съемку – тысячу рублей! Честно сказать, и этого не хотел брать. Думал, снимаюсь бесплатно. 

– Расписывайся, расписывайся. А то обидимся…

Конечно, учитывая доходы телевидения и зарплату, например, ведущих, тысяча может показаться оскорбительной. Но массовка, весь день сидящая в жаркой студии и кричащая, как мартышки, по команде разную ерунду, вообще получает 600 рублей. Честное слово, непонятно, почему при таких колоссальных доходах телевидения – и такое жлобство? 

Атмосфера получения даже этих грошей на ТВ – нечистая, унизительная. Ведут тайком; получаешь не в кассе, а как бы нелегально; про это будто бы никто не знает.

Яички

И вот настал день, когда обещали показать по ТВ. У телевизоров по всей России расселись родственники и знакомые. 

Не показали.

– В чем дело? – звоню на программу «Жить здорово».

– Перенесли передачу, – говорит продюсер Ирина Канделарис. – Когда будет, не знаю. 

– Позвоните, когда станет известно?

– Не знаю… Все заняты, ищем мужика с одним яичком. Нет знакомых? У тебя сколько?

– Три. Но за тысячу показывать не буду.

…С телевидения, конечно, не перезвонили. Узнал случайно.

– Видела тебя в телевизоре. Почему не рассказал скороговорку «Еду я по выбоинам, с выбоины на выбоину, с выбоин не выеду я никак»? – смеясь, спросила логопед, с которой я когда-то занимался.

Медленно произнести эту скороговорку – не шутка. А попробуйте быстро – будете хохотать, как подорванные.

Были затем и звонки, и СМС, и обсуждения в фейсбуке. А что касается меня, программа «Жить здорово» лишь подтвердила гениальную банальность: жить действительно здорово!

Сергей Благодаров

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник» №20-2018.

sobesednik.ru

Жить не здорово. Натуралистический авангардизм Елены Малышевой

На сцену выходит Елена Малышева в синих парусообразных штанах и пёстрой кофте. Она излучает дружелюбие и сострадание. Мотор! Всё идет как по маслу — приветствие, потом моментально включается небольшой ролик о микроорганизмах. Никаких остановок или заминок, всё снимается одним дублем, с первого раза. Над программой работает целая бригада, начиная от художников, которые занимаются созданием макетов, и заканчивая брутальными служителями сцены, которые на космических скоростях переносят реквизит. Работа команды словно отрепетирована до малейших деталей — сложно уследить, как у Елены Малышевой вдруг оказывается в руках кукла младенца и когда за спинами гостей успели вырасти монструозная прямая кишка и унитаз.— Микробиота, микробы нашего толстого кишечника сегодня привлекают к себе всё больше внимания, — начинает Малышева, рядом с ней именитый врач-гастроэнтеролог. — У нас есть вот такой макет. Я передам вам малыша, чтобы подальше от унитаза держать. Это макет нашей кишки, — Елена Малышева отдаёт коллеге муляж младенца и подходит к унитазу с длинным прозрачным клапаном и пультом управления наверху. — Когда вы идёте в туалет, вот такая замечательная какашка выскакивает наружу, — Малышева нажимает на рычаг, и через прозрачный клапан-кишку пролетает бутафорский светло-коричневый кусок дерьма. Малышева решительно погружает руку в унитаз и достает вывалившийся реквизит. — Ничего хорошего об этом мы сказать не могли никогда. И вдруг оказалось, что это тоже конгломерат наших микробов. И этот конгломерат обладает колоссальным лечебным потенциалом, если взят у здорового человека. Что делать с калом, и какие болезни им лечат, Игорь Владимирович?— Берётся кал здорового человека, там триллионы полезных бактерий, — обстоятельно рассказывает врач. — Он перерабатывается, очищается от любых твёрдых частиц, гомогенизируется и превращается в эмульсию. Потом в пакетах по 250 миллилитров собирается от пяти человек и впрыскивается через колоноскоп в толстый кишечник во время колоноскопии. Опрыскивается вся поверхность толстого кишечника, заселяется здоровой флорой.

— Оказалось, что толстый кишечник — это самое большое скопление иммунитета человека. Я хочу, чтобы нам сейчас вынесли нашу толстую кишку, — распоряжается Елена Малышева.

Входит огромная кишка. Ведущие рассказывают о том, что надо есть грубые волокна, отруби, каждый день по тридцать граммов. Малышева подносит зажигалку к чёрным шарикам из макета кишки, они лопаются, и из них выпрыгивают белые. Чудеса, феерия, безграничное веселье.

batenka.ru

Коллега Малышевой Рассказала, Как Она Ведёт Себя За Кулисами

Известная ведущая Ирина Муромцева является еще и блогером, в котором она общается со своей аудиторией о съемках их любимых передачи. На сей раз девушка смогла попасть в студию передачи “Жить здорово!”. Ирина хотела понять как снимают Елену Малышеву, которая сказала “Пукать – это норма”. На самом деле, вне съемки Елена Васильевна абсолютно другая!

Для попадания на передачу Ирина стала притворяться больной. В гримерке ей посчастливилось встретить Никиту Джигурду, который часто появляется на передаче “Жить здорово!”. Ирина обменялась несколькими фразами и задала актеру вопросы.

“Я попал по случайности, по всей видимости, как человек знающий, как можно побороть стресс. Для этого необходимо голодание. Семь дней я ничего не ел”, – сказал актер. Ведь Никита несколько месяцев ранее не пил ничего. Фанатов беспокоило состояние их кумира, ведь кроме кожи и костей ничего не осталось на нем.

Ирине Муромцева сфотографировала момент, когда Елена Малышева, стала кричать на помощницу. Все из-за неправильной расстановки манекенов. Коллеги молча стояли в стороне. Ирине показалось, что все ее боятся. 

Также Ирина завязала диалог с гостями передачи. Она спрашивала: платят ли им за съемки передачи “Жить здорово!” Однако, никто не подтвердил это. Многие знают, что существуют группы, где зовут людей для массовки на телепередачи.Гонорар их составляет примерно от 500 до 1500 рублей. Заработная плата зависит от количества времени на съемках. Очень часто туда приходят пенсионеры ради денег. На программах “Пусть говорят” и “Прямой эфир” можно заметить одних и тех же людей.

Заметим, что съемки на многих передачах длятся долго. Например, “Кто хочет стать миллионером?” могут сниматься почти сутки. Все очень быстро устают от такого. За полдня вы получите всего 600 рублей. В передаче “Прямой эфир” примерно такой же оклад. А если вы можете задать интересный вопрос, то получите доплату. На “Мужское/женское” пришедшим за одну программу платят – 300 рублей, за два – 450 рублей. Согласитесь, не самые заманчивые условия.

По материалам

pure-t.ru


Смотрите также